Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.
Яндекс.Метрика
Подпишись на новости от tarikh.kz

Подписаться письмом

Кто такие казахи
Турсун Султанов, доктор исторических наук
Казак — тюркское слово. Его исходная форма именно такая: два увулярных ,к начальный и конечный, — , к а з а ,к. Со времени выхода известной книги А. Левшина о казахах (1832) в трудах некоторых ученых распространено утверждение о том, что в «Шах-наме» великого персидского поэта Фирдоуси (рубеж X—XI столетий), в разделе о Рустаме якобы говорится о казахах и ханах казахских. Однако cодержание бессмертного творения хорошо известно ориенталистам, и там нет ни слова о слове «казак». Как показали многолетние исследования ведущего востоковеда Республики Казахстан Б. Е. Кумекова, нет упоминания термина «казак» и в сочинениях ранних арабских авторов. В мусульманских письменных источниках мы встречаем его в анонимном тюрко-арабском словаре, составленном, вероятно, в Египте, известном по рукописи 1245 года и изданном М. Хоутсмом в Лейдене в 1894-м, со значением «бездомный», «бесприютный», «скиталец», «изгнанник».
В исторической литературе существуют самые разнообразные толкования происхождения слова «казак». Одни выводили его из тюркских глаголов каз — «рыть», кез — «скитаться», кач — «бежать, спасаться»; другие создали невероятную этимологию этого слова от каз — «гусь» и ак — «белый»; есть исследователи, которые считают возможным выводить слово «казак» из монгольского термина касак-тэргэн, обозначающего род повозки. Некоторые авторы связывают термин «казак» с названием древнего кавказского племени или объединения племен касог; однако такого рода гипотеза, по мнению В. В. Бартольда, «едва ли приемлема для историка».
Таким образом, надежного этимологического объяснения слова «казак» пока еще нет. Но каково бы ни было происхождение этого слова, несомненно то, что первоначально оно имело нарицательное значение, в смысле — свободный, бездомный, скиталец, изгнанник, а также человек удалой, храбрый. Не имея, таким образом, ни политического значения, ни этнического содержания, слово «казак» обозначало всякого вольного человека, отколовшегося от своего народа и племени, своего сеньора и законного государя и принужденного вести жизнь искателя приключений. Кстати сказать, отсюда это тюркское слово и в русском языке. Казаками на Руси звали людей без определенных занятий, а также вольнонаемных батраков. Хотя слово «казак» зарегистрировано на севере Руси с конца XIV века, все же первоначальной родиной русского казачества историки признают южные окраины Руси, смежные с Кипчакской степью, условия которых придавали этой вольнице характер военного общества.
Иными словами, исходное значение термина казак социальное: это состояние, положение, статус некоего лица, известного коллектива в каждый данный момент по отношению к правителю, обществу, государству. Так, изгой, который бродит по разным местам, прокармливая себя мечом своим, — казак; человек, который пускается в дальний и опасный путь один, без товарищей, — казак; удалой молодец, по выражению Бабура, «неутомимо, с отвагой угоняющий табуны врага», — тоже казак. Людей, ведших какое-то время образ жизни казака, по необходимости или по доброй воле, всегда было немало. Этому способствовали как тогдашние будничные условия жизни, так, в частности, и то обстоятельство, что по понятиям того времени, как передает автор «Тарих-и Рашиди» Мирза Хайдар, считалось даже похвальным, чтобы мужчины в молодости провели некоторое время, подвергая себя опасности, в уединении, в пустыне, в горах или лесах, на расстоянии одного или двух месяцев пути от обитаемых мест, питаясь мясом дичи и одеваясь в шкуры убитых ими зверей.
Казаком мог стать любой человек, будь он тюрок или перс, рядовой кочевник-скотовод или принц крови в десятом поколении. Некоторое время казаками были, например, старший сын Токтамыш-хана Джалал ад-Дин, основатель государства «кочевых узбеков» Шибанид Абу-л-Хайр-хан, его внук Мухаммад Шейбани, Чагатаиды Вайс и Саид. Султан Хусайн, владевший саблей как никто другой из Тимуридов, провел в «казачестве» не один месяц. Бабур вспоминал в своих знаменитых «Записках», как он «во время казачества» решил направиться из горной страны Масча к Султан Махмуд-хану. Важно отметить, что человек, сделавшийся казаком, мог перестать быть таковым и вернуться в прежнее состояние, в свое общество, как это и произошло со всеми перечисленными выше казаками из тогдашнего высшего света. Султан Хусайн и Султан Саид позднее стали государями каждый в своей стране; Мухаммад Шейбани и Захир ад-Дин Бабур — каждый из них основал новое государство.
Таким образом, в те далекие времена казаками становились, делались. Для обозначения образа жизни казака в ираноязычных и тюркоязычных источниках образовано существительное казаклык — «казакование», «казачество», «скитальчество», «вольность», а также глагол казакламак — «скитаться», «вольничать». Понятие «во времена казачества» обычно передается, соответственно: казаклыкда, казаклыкларда (в тюркоязычных источниках) и дар аййам-и казак(и), муддат-и казак (в ираноязычных источниках).
Понятно, что образ жизни казака скромный. Отсюда и слово казакане, «по-казацки», «скромно», образованное от тюркского казак с присоединением персидского окончания -ане. Вот пример употребления этого редкого слова в тексте средневекового источника. Чагатаид Султан Ахмад был настоящим сыном степей, вел суровый образ жизни. Бабур описывает «жилище» Султана Ахмада во время похода против эмира Танбала в 1502 году так. Когда наш автор прибыл к Султану, тот взял его за руку и ввел в свой «маленький шатер». «Так как Султан Ахмад вырос на окраинных землях, — замечает Бабур, — то палатка и обстановка, в которой он жил, были скромными, казацкими (казакане). Дыни, виноград, принадлежности конской сбруи — все лежало тут же в палатке, где он жил».
Казак не всегда проводил свое «казакование» в полном одиночестве. Человек, пожелавший разделить с вольным казаком его непредсказуемую судьбу, становился ему казакдашем. Слово казакдаш (образовано по известному образцу: йолдаш — «спутник», аркадаш — «товарищ», аулдаш — «земляк», ватандаш — «соотечественник») встретилось мне только в сочинении ал-Хаджжа Абд ал-Гаффара Кирими «Умдат ат-таварих» и в «Книге путешествий» османского автора XVII века Эвлия Челеби при описании им Крымского ханства. Любопытный термин! Но я не знаю, как толково перевести его на русский язык.
Существовали даже «общества казаков», джамаат-и казак, по выражению средневековых мусульманских авторов. Подобные коллективы возникали в разное время, в разных местах и по разным причинам. Временами, пишет историк XV века Абд ар-Раззак Самарканди, «некоторые из войска узбекского, сделавшись казаками», приходили в Мазандеран (1440—1444) и, устроив везде грабеж, уходили назад. Иногда «общество казаков» состояло из спасшегося бегством претендента на престол и его преданных сторонников, которые вдали от городов и сел вели жизнь искателей приключений. Слово «казак» служило также для обозначения группы, части кочевников, отделившихся по разным причинам и разными путями от того государства, к которому они принадлежали, и находившегося с ним в состоянии войны.
Вот таким-то коллективом и были кочевники государства Абу-л-Хайр-хана, восставшие против него и в 1459—1460 годах ушедшие из-под его власти, чтобы во главе с потомками Урус-хана Гиреем и Джанибеком искать счастья в другом месте. Эта группа людей из Узбекского улуса какое-то время скиталась в степях Семиречья и получила название узбеки-казаки. Парное название не должно нас удивлять. В ту эпоху случаи, когда слово «казак» с нарицательным значением прилагалось к названию отдельных этнических, политических и прочих групп и даже к собственному имени отдельных лиц, были чрезвычайно распространены. В частности, были могольские, ногайские, дештские, кызылбашские казаки, а также «казаки эмира Танбала», «наши казаки» (слова Бабура), «шибан-казаки»...
Надо полагать, что употребление автором «Тарих-и Рашиди» парного термина «узбеки-казаки» связано именно с этим обстоятельством, и ему было хорошо известно значение слова «казак», которое служило и для обозначения казаков (казахов) как уже вполне обособившейся к его времени (начало 1530-х годов) этнической общности, и для обозначения разного рода вольниц, к какой бы народности они ни принадлежали. Так что, употребляя парный термин, Мирза Хайдар как бы подчеркивал, напоминал своим читателям, что казаки Гирея и Джанибека и их потомство являются выходцами именно из Узбекского улуса.
Замечательно, что память об этих событиях сохранялась долго среди казахов. Так, согласно записям известного этнографа XIX века А. Хорошхина, приведенным в 1876 году в «Туркестанских ведомостях», когда речь заходила об исторических предках, казах обычно говорил: «Предки мои, начало мое — узбеки». Итак, узбекское происхождение казаков Гирея и Джанибека несомненно: они формировались из беглецов из Узбекского улуса, что и получило отражение в их первоначальном названии «узбеки-казаки». Ясно и появление «узбеков-казаков» в западных пределах соседнего Моголистана: оно связано с бегством из своей страны, поиском вольности на ее окраинах. Но естественно возникает вопрос: что представляло собой общество казаков Гирея и Джанибека в политическом и этническом отношении?
Откочевка Гирея и Джанибека из Узбекского улуса в Семиречье, несомненно, сыграла решающую роль в этногенезе казахского народа. Но не в образовании самого народа, а в определении его современного названия, то есть откочевка 1459—1460 годов не определила возникновение казахской народности, а лишь ускорила уже шедший процесс ее сложения. Переходный характер этого процесса хорошо подтверждается парным термином «узбек-казак». В связи с этим можно сказать, что завершающий этап формирования казахской народности — это процесс выделения, обособления определенной группы племен под влиянием целого комплекса факторов, в особенности политических, из конгломерата родов, племен и формирующихся народностей, находившихся на различных стадиях своего развития, каким было население Восточного Дешт-и-Кипчака к началу второй половины XV века — государства Шибанида Абу-л-Хайр-хана, Ногайской орды и других политических образований. Это уже не были просто разобщенные племена или союзы племен. Среди этого разрозненного населения, известного соседям под общим собирательным названием узбеки, шел процесс консолидации нескольких народностей, в том числе и той, которая получила чуть позднее название казахской. Иными словами, из Узбекского улуса выделилась и прикочевала в Семиречье не просто группа разрозненных племен, недовольных политикой Абу-л-Хайр-хана, а объединение родов и племен, составлявших там, в Дешт-и-Кипчаке, население улуса потомков Джучида Урус-хана. Более того, это объединение племен представляло собой не просто политическую группировку, связанную общим вассалитетом по отношению к одной из ветвей Чингисидов (потомков Орда-Ичена, старшего сына Джучи-хана, старшего сына Чингисхана), а субэтническую общность конгломератного типа, обособившуюся еще до откочевки 1459—1460 годов.
Словом, названная откочевка не была ни началом, ни венцом формирования казахской народности. Но она была одним из главных моментов этого разноаспектного процесса: в степных просторах Семиречья произошла историческая встреча формирующейся народности с будущим своим именем. И отныне слились в нерасторжимое единство история людей, приверженцев потомков Урус-хана, и история слова «казак». Так что откочевка Гирея и Джанибека — это судьбоносное событие и в истории самого слова «казак».
Потомки Урус-хана со своими улусными людьми откочевали из государства Шибанида Абу-л-Хайр-хана и обосновались в Западном Семиречье. Образование по соседству с его владениями довольно крупной группировки, состоявшей из враждебно настроенных бывших подданных, подвигло Абу-л-Хайр-хана на военный поход, прерванный его скоропостижной смертью в 1468/1469 годах. После этого путь в родные края для Гирея, Джанибека и их приверженцев был открыт, и они, вернувшись в Узбекский улус, вскоре захватили там верховную власть, частью истребив, частью прогнав своих соперников. Этими событиями было положено начало собственно казахской государственности.
Замена правящей династии в Узбекском улусе другой ветвью Джучидов не привела к сколько-нибудь существенным переменам в экономической и социальной структуре государства кочевых узбеков. Однако это событие в конечном счете привело к изменению названия государства, страны и к приобретению словом «казак» этнического содержания. В лице потомков Урус-хана, возглавивших «узбеков-казаков» (казахов), а затем ставших во главе большинства узбеков Узбекского улуса, возникла сильная конкуренция прежней знати потомков Шибана (сына Джучи, сына Чингис-хана), которые были рассеяны теперь в разные стороны и оказались непригодными к роли объединителей. Отныне безраздельному господству термина «узбек» в Восточном Дешт-и-Кипчаке был положен конец. Если прежде племена, обитавшие в Узбекском улусе, характеризовались общим собирательным названием «узбеки», то теперь их стали разделять на собственно узбеков (шибанитов), казаков (казахов) и мангытов (ногаев).
Вот как характеризует этнополитическую ситуацию на территории Восточного Дешт-и-Кипчака того времени Ибн Рузбихан, один из самых осведомленных придворных историков Мухаммада Шейбани-хана (умер в 1510 году): «Три племени относят к узбекам, кои суть славнейшие во владениях Чингисхана. Ныне одно из них — шибаниты, и его ханское величество (Шейбани-хан. — Т. С.) после ряда предков был и есть их повелитель. Второе племя — казаки, которые славны во всем мире силою и неустрашимостью, и третье племя — мангыты, а из них правители астраханские. Один край владений узбеков граничит с океаном (с Каспийским морем. — Т. С.); другой — с Туркестаном; третий — с Дербентом; четвертый — с Хорезмом и пятый — с Астрабадом. И все эти земли целиком являются местами летних и зимних кочевий узбеков. Ханы этих трех племен находятся постоянно в распре друг с другом, и каждый из них посягает на другого».
Словом, политическое и этническое разграничение населения бывшего Узбекского улуса приняло в 1470—1490-е годы необратимый характер. Тем не менее сами процессы шли медленно, так сказать, пешим шагом; и неизвестно, как долго все это продолжалось бы и чем бы закончилось. Но тут колесо истории сделало вдруг неожиданный поворот. В начале нового, XVI столетия развернулись события, которые привели к большим политическим, этническим и иным переменам в Центральной Азии. Предводитель Шибанидов Мухаммад Шейбани, пользуясь политической раздробленностью соседней страны, выступил из Восточного Дешт-и-Кипчака и в 1500 года захватил Бухару, а в мае следующего года Самарканд, изгнав оттуда потомка Тимура Бабура. Военные успехи Шибанидов привели к тому, что вскоре Бабур вынужден был искать убежище у своего дяди, могольского хана Махмуда, а после его поражения от Шейбани-хана в сражении под Ахси в 1503 году удалился в Кабул.
Тем временем победное шествие Шибанидов по раздробленным на мелкие уделы владениям Тимуридов продолжалось. В 1505 году Шейбани-хан завоевал Хорезм (Хиву) — область в нижнем течении Амударьи. В мае 1507-го он со своими военными силами выступил в пределы Хорасана и захватил Герат, Астрабад, Гурган и другие города. Тимурид Бади аз-Заман, сын и преемник Султана Хусайна и последняя надежда в борьбе с кочевыми узбеками Дешт-и-Кипчака, бежал в Азербайджан, оттуда в Турцию и окончил свои дни в Стамбуле. Власть Тимуридов в Центральной Азии пала, и на большей части ее территории воцарилась новая династия, возводившая свой род к внуку Чингисхана Шибану (Сыбану), сыну Джучи-хана.
В 1510 году, когда Шейбани-хан пал под Мервом в битве с кызылбашами, Хорезм перешел во власть персидского шаха Исмаила I, но ненадолго. В 1511-м братья Илбарс и Билбарс, сыновья Буреке-султана, тоже Шибанида, но политического соперника дома Абу-л-Хайр-хана, деда Мухаммада Шейбани-хана, выступили со своими приверженцами-узбеками из Восточного Дешт-и-Кипчака, изгнали наместника иранского шаха и утвердились в Хорезме, основав там независимое государство, известное в науке как Хивинское ханство. Господство этой ветви династии (особой ветви потомков Шибана, сына Джучи-хана) в Хорезме длилось до 1694—1695 годов.
Завоевание государства Тимуридов кочевыми племенами Дешт-и-Кипчака, известными под общим собирательным названием «узбеки», и основание в Мавераннахре (среднеазиатское междуречье Амударьи и Сырдарьи) двух независимых узбекских ханств — Бухарского (с главным городом Самаркандом, а затем Бухарой) и Хивинского (с центром вначале в Ургенче, а затем в Хиве) — явились выдающимися событиями в этнополитической истории современного узбекского и казахского народов. Отмечу здесь два момента. Во-первых, последствием ухода двух главных ветвей династии Шибанидов из степи было передвижение части кочевых племен Дешт-и-Кипчака в покоренные области Мавераннахра, где они обрели вторую родину. Общее число ушедших из степи в Мавераннахр кочевников Дешт-и-Кипчака достигало 240—360 тысяч человек. Во-вторых, окончательный уход Шибанидов с достаточно большой массой людей с территории, занимаемой современными Казахскими степями, в конечном счете привел к различиям в быту, нравах, обычаях и в культуре между узбеками Мавераннахра и узбеками-казаками (казахами) Восточного Дешт-и-Кипчака.
Вот это-то разграничение и сыграло решающую роль в окончательном сложении новой этнической общности — казахской народности. Просторы Восточного Дешт-и Кипчака перестали быть местом исторического перепутья терминов. Слово «узбек» стало обозначением группы племен, передвинувшихся вместе с Шибанидами на территорию Мавераннахра. За оставшимися кочевать в степях Восточного Дешт-и-Кипчака и Семиречья тюркоязычными родами и племенами, объединенными под властью потомков Джучида Урус-хана, окончательно закрепилось название казаки, а за страной — название Казахстан.
С тех пор и доныне коренные жители этой огромной евразийской страны себя иначе не называют, как только казаками (аза). Между тем в русскоязычной литературе и документах долгое время (начиная с XVIII века и до 1930-х годов) для обозначения коренного населения Казахстана употреблялся термин «киргизы»1, либо «киргиз-казаки», либо «киргиз-кайсаки» (слово «кайсак» являлось искажением тюркского слова «казак»). Каждый случай перенесения ошибочного названия на казаков (казахов) имеет свое объяснение и потому требует специального рассмотрения. Слово же казах — современное официальное русское название многомиллионного народа, занимающего по пространству своих земель первое место среди современных тюрков, — представляет собой русский вариант тюркского «казак». Как установила Г. Ф. Благова, одна из первых фиксаций слова «казах» в русских источниках относится к 1822 году, в словарях это слово появляется в 1865-м. Официальное утверждение русского варианта тюркского слова связано с административно-хозяйственным переустройством Казахстана, происшедшим в 1936 году.

1 Предки современных киргизов фигурировали в русских документах как «кара-киргизы» или «дикокаменные киргизы».

г. Санкт-Петербург


--------------------------------------------------------------------------------------

Соотношение терминов “казак”, “ногай”, “озбек”Здесь мы считаем необходимым более подробно остановиться на значениях терминов “казак”, “ногай” и “озбек”, чтобы избежать путаницы в изложении материала.
Озбек. Термины “озбек”, “Озбекское ханство” - возникли во второй половине XIV в. и связаны с именем хана Улуг Улуса Озбека (1312-1342), известного своей приверженностью исламу. После его смерти весь Улуг Улус стали называть “владением озбека” или “озбекским ханством”. “Озбекскими” в восточных источниках стали называть и кочевников, населявших Улуг Улус. Сами кыпчаки никогда не называли себя так. Об этом свидетельствовал и Мухаммед Шайбани, заявивший, что никакого озбекского ханства на самом деле не было, и что его дед Абулхаир владел частью Улуг Улуса, Ибн Рузбихан писал что “озбеки” состоят из трех частей - “шибанцев”, т.е. сторонников Мухаммеда Шайбани, “казахов”, т.е - подданных Казахского ханства, и “мангытов”, т.е. населения Ногайского Улуса. Как видим, восточные писатели и историки под термином “озбек” подразумевали не какой-либо отдельный этнос или группу племен, а все кочевое население Улуг Улуса. Лишь позже, с уходом части кочевников с Мухаммедом Шайбани в Мавераннахр и образованием там централизованного государства, термин “озбек” превращается в этноним и обозначает все тюркоязычное (карлыкское и кыпчакское) население оседлых областей.
Ногаи. Термин “ногай” появляется позже в связи с событиями, происходившими в Улуг Улусе после смерти Бердибека в 1359 г. В 1360 г. на берегах Сырдарьи образуется новое ханство, во главе которого стал Кара-Ногай и по его имени все государство получило название “Ногайского Йурта” (Ногайлы журт). После смерти Кара-Ногая ханом стал его племянник Тура-Темир, затем Орыс хан. Последнему удалось объединить большую часть Улуг Улуса и термин “ногайлы” на время отошел на второй план.
После смерти Орыс хана и прихода к власти Токтамыса термин “ногайлы” возрождается и начинает обозначать ту группу кочевой знати, которая поддерживала Едиге и внуков Орыс хана - последнего хана “ногайского йурта”. После победы Едиге и признанием его фактическим правителем Улуг Улуса термин “ногай” постепенно становится этническим самоназванием кыпчакских племен от Черного моря до Ертиса. Население Мангытского Йурта, Казахского и Сибирского ханств продолжали называть себя “ногайлы”. Отражением той эпохи являются многочисленные казахские героические эпосы XV-XVII вв., посвященные истории народа “ногайлы”, “ногайлинским” батырам - Едиге, Камбару, Таргыну и др. Лишь в начале XVII в., с распадом Мангытского государства и изоляцией группы ногайцев от основной части этноса на Северном Кавказе, только за ними сохранился этноним “ногай”. Ногайцы, вошедшие в состав Казахского ханства, стали называться “казахами”. В русскоязычной литературе “ногайцами” именуют только подданных Мангытского Йурта.
Казах. Термин “казах” или правильнее “казак” вызывает очень много споров в среде исследователей. Мы считаем необходимым дать ниже сводку сведений о термине “казах”, сделанную Мухаммеджаном Тынышпаевым в работе “Материалы к истории кыргыз-казахского народа”, вышедшей в Ташкенте в 1925г.
В 1356 г. “казахи” напали на Мавераннахр. В 1397-1410 гг. часть крымских кыпчаков переселилась в Литву и несла службу при королях, называясь “казаками” (русских казаков еще не было). В 1474 г. крымский хан Менгли Керей писал Ивану III: “Мне твоей земли не воевать, моим уланам, ни князьям, ни казакам”. В 1523 г. русский посол в Стамбуле И. Морозов говорит султану: “Твои казаки азовские наших имают в поле, а водят в Азов и продают”. В 1471 г. в походе на Новгород участвовал Касимовский царевич Данияр “со своими казаками”. В 1481 г. на хана Ахмета напали Ибак хан с “1000 казаками” и ногайские мурзы Муса и Жамбырши с “15000 казаками”. В 1499 г. “ордынские казаки и азовские под Козельск пришли, взяли село Олешию”. В 1508 г. казанский хан Абдуллатиф обещает князю Василию “не пускать воевать своих казаков”.
Из этой краткой подборки видно, что термин “казак” вначале имел чисто социальное значение и обозначал группу кочевников, занимавшихся военным ремеслом, либо отделившихся от основной части государства и не признающих центральной власти.
Именно поэтому группа кочевников, откочевавших с Жанибеком и Кереем в Могулистан, получила название “казак”. Ханство, основанное ими, получило название “казахского”. С этого момента значение слова “казак” начинает изменяться. Из социального термина оно превращается в политический, обозначая подданных Казахского ханства. Выходя из-под власти ханов, кочевники переставали называть себя “казаками” и становились “ногайлы”, а принимая подданство ханов, вновь назывались “казаками”. Лишь с объединением всех ногайских племен в рамках Казахского ханства термин “казак” превращается из политического в этнический, став самоназванием всех кыпчак-ногайских племен и родов. Однако в официальных кругах предпочитали вплоть до XX в. пользоваться для обозначения казахского этноса термином “Алты алаш”, общим для ногаев и казахов.
В дальнейшем термином “казах” мы будем обозначать и весь этнос в целом и население Казахского ханства, в частности, термином “ногай” - казахские роды в составе Мангытского Йурта, термином “озбек” - кочевников, поддерживающих Мухаммеда Шайбани.

---------------------------------------------------------------------------------

История одной терминологический путаницы

Архивариус
В публицистике и очень часто даже в исторической литературе существует неточное представление, что якобы именно с начала XVIII века казахов стали называть киргизами. Но все было гораздо сложнее. Еще в первые полтора десятилетия XVIII века в русских документах, которые хранятся главным образом в Российском государственном архиве древних актов, Российском государственном военно-историческом архиве и Архиве внешней политики Российской империи, казахи упоминаются под своим собственным именем. Даже в журнале русского посланника в Джунгарию Ивана Унковского, который был составлен в 1722-1724 годах, мы тоже встречаем упоминание о казахах под именем "казак". Такая ситуация продолжалась до 1734 года.
— Я обращаю особенное внимание на этот факт, потому что не сразу и не внезапно казахи стали киргизами, — говорит ведущий сотрудник Института истории и этнологии МОН РК Ирина Ерофеева. — С 1715 по 1734 год параллельно ходили как бы два термина "казак" и "киргиз-кайсак" или просто "киргиз", а потом в русских официальных документах начинается уже тотальное вытеснение первого термина вторым. С чем это было связано? В первую очередь рубежом между употреблением этих двух терминов явилась публикация в "Санкт-Петербургских ведомостях" в 1734 году перевода нескольких фрагментов книги амстердамского купца и бургомистра Николая Корнелиуссона Витзена "Северная и Восточная Тартария". Этот человек по приглашению Петра I находился в России в конце XVII века и описывал разные регионы Российской империи, главным образом — от Урала до Дальнего Востока, включая современную Центральную Азию. Непосредственно на территории последней он не был, информацию черпал преимущественно от русских бывалых людей: приезжих чиновников, путешественников и купцов, которые побывали там, а также от бухарских купцов, под именем которых, кстати, были известны вообще все среднеазиатские купцы.
Так в чем же заключалась загадка книги Витзена? Дело в том, что автор располагал сведениями о народах в определенной последовательности по смежным территориям, которые они занимали. Сначала шел очерк о яицких казаках, потом — о башкирах, затем об енисейских киргизах, на основе которых сформировался современный народ — хакасы. Ведя же повествование о народах Центральной Азии, те небольшие сведения о казахах, которые были извлечены им из рассказов русских и бухарских торговцев, он поместил в разделе "Бухария". Казахи фигурировали у него под собственным именем — "казаки" — или как "татарские казаки" — подданные Бухары. Последнее связано вот с чем. Казахское ханство в конце XVII века постоянно вело борьбу за сферы влияния на территории Средней Сырдарьи с Бухарским ханством, отдельные территории современного Южного Казахстана переходили из рук в руки. Какое-то время Бухара распространяла там свое политическое влияние, поэтому Витзен в разделе "Бухария" поместил небольшой подраздел, посвященный казахам.
Информация, содержащаяся в нем, носит поистине уникальный характер. Здесь впервые встречаются сведения о Кажи-султане — отце хана Абулхаира, о котором было известно только из упоминания его имени в родословной хана, которую Абулхаир продиктовал русскому послу Алексею Тевкелеву в 1748 году, а также из надписи на его печати. Хан говорил Тевкелеву о том, что его предки владели городами вдоль Сырдарьи. Историки по-разному относились к этой информации. Поскольку четких доказательств не было, считали, что хан мог просто набивать себе цену, преувеличивая значение своих предков. Витзен же, со слов купцов, называет один из присырдарьинских городов, которыми владел Кажи-султан. Здесь же встречаем сведения о деде известного казахского правителя Абылай-хана — Аблай-султане, который также владел одним из присырдарьинских городов. Кроме тех генеалогических сведений, которые были сообщены в свое время двоюродным братом Абылай-хана — султаном Салтамаметом в XVIII веке, а также тем же Алексеем Тевкелевым, а потом уже Чоканом Валихановым, больше о нем ничего не было известно.
Почему же при наличии столь важных сведений о казахах в 1734 году возникла такая казусная ситуация, когда их вдруг переименовали в киргизов? Дело в том, что в начале января 1734 года в Петербург приехала казахская делегация во главе с Ералы-султаном, сыном Абулхаир-хана, чтобы закрепить условия подданства. По этому случаю обязательно требовалась рекламная публикация. Корреспонденты "Санкт-Петербургских ведомостей" решили перевести кусок из "Северной и Восточной Тартарии" Витзена. Они очень торопились, а самое главное — в России в то время имели весьма туманное представление о местоположении казахских жузов и о казахах вообще. Поэтому схватили первый попавшийся кусок, но не о юго-восточных соседях, а о восточных. В общем, подразумевалось, что речь идет о казахах, а на самом деле — в основном об енисейских киргизах, или будущих хакасах. Более того, корреспондент газеты, он же — пересказчик труда голландского путешественника и исследователя, привел здесь путаную версию о происхождении казахов от енисейских киргизов, хотя такой гипотезы у самого Витзена не было.
— Возникла крайне анекдотическая ситуация, но поскольку это появилось, я подчеркиваю, в условиях абсолютизма, в официальной газете — органе царского правительства, то было воспринято как закон для употребления, — продолжает И. Ерофеева. — И фактически с этого времени чиновники во всех официальных документах стали именовать казахов киргизами.
Можно пронаблюдать и за тем, почему такая традиция стала устойчивой. Одно дело — произошла ошибка, а другое — в России сразу после этого стали раздаваться голоса: извините, господа чиновники, но самоназвание у народа-то другое. О том, что не нужно путать киргиз-кайсаков с казахами, первым написал в 1750 году академик Герард-Фридрих Миллер. В 1771 году в своей рукописи специального историко-этнографического исследования о казахах об этом же говорил русский путешественник Христофор Барданес, который был, по сути, первым европейцем, совершившим путешествие в глубь степи. Свой труд он так и назвал "Киргизская или казахская хорография". Поставив как бы под сомнение правомерность употребления термина "киргиз", он особо уделил внимание тому, что сами так называемые "киргизы" никогда не называют себя "киргиз-кайсаками", а говорят "мен казак" — "я казах".
После Христофора Барданеса об этом же писали в XVIII веке и некоторые другие исследователи. И, наконец, классический труд "Описание киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких орд и степей" Алексея Ираклиевича Левшина. Ученый уже на научно-теоретическом уровне поставил вопрос о необходимости правильного именования казахов, поскольку термины "киргиз" или "киргиз-кайсак" являются привнесенными извне русскими.
Но, несмотря на явную несправедливость и ненаучность употребления по отношению к казахам этих терминов, они получили широкое хождение. Что касается западно-европейской литературы, то до середины XVIII века или, точнее, до начала 1770-х годов термин "казах" все еще продолжал в ней широко употребляться.
— Детально изучив европейские материалы по истории казахов, имея, в частности, возможность работать в научной библиотеке восточных языков в Париже, могу более или менее точно констатировать, что впервые казахи были названы киргизами в трудах европейских авторов только в 1736 году, но до середины XVIII века в европейской литературе они еще именовались в основном под своим собственным именем, но и не только под ним, — утверждает И. Ерофеева. — Они могли выступать под именем "казаки", "татарские казаки" или "бухарские казаки", но это вовсе не означало, что речь идет о казаках — яицких, позднее — уральских.
Последней работой, где можно встретить казахов под их подлинным именем, является знаменитый пятитомник Жозефа де Гиня издания 1756—1758 годов, посвященный истории тюрков, гуннов, монголов и других кочевых народов. Но со времени издания в Европе и России работ ученых-путешественников П. Палласа, И. Георги и других в 1770—1776 годах термин "киргиз" проникает и в труды европейских ученых.
…Было очень много версий по поводу того, почему же эта путаница существовала до конца 20-х годов ХХ века? По мнению Левшина, использование термина "киргиз" стало удобным для царских администраторов, чтобы хотя бы по названию отличать казахов от сибирских и яицких казаков (хотя этимологии разные, но, поскольку в русском языке еще не были введены графические знаки, фиксирующие фонетику этого слова, возникала путаница между таким социальным слоем, как казаки, и названием народа — "казахи"). Другие авторы, в том числе и Чокан Валиханов, высказывали мнение, что имеется много черт общности между двумя народами — родственные по этноисторическому происхождению киргизы и казахи вели одинаковый кочевой образ жизни, имели сходство в антропологии, языке, культуре, ведении хозяйства. Это было, безусловно, справедливо, но если говорить об установлении тесных отношений России с ближайшими южными соседями казахов, то это произошло гораздо позже, чем в исторической литературе утвердился термин "киргизы" по отношению к казахам.
Возникновение этой терминологической ошибки, как утверждает И. Ерофеева, было связано с возникновением в первой четверти XVIII века ошибочного отождествления казахов именно с енисейскими киргизами, поводом к которому послужило насильственное переселение джунгарским ханом Цэван-Рабтаном из Хакасии в 1703—1705 годах в район Чу-Таласского междуречья нескольких тысяч семей енисейских киргизов. Поскольку география размещения южных казахских кочевий русским чиновникам в то время была почти неизвестна, то в России стали считать, что казахи смешались с киргизскими переселенцами из Хакасии. Усилению этой путаницы способствовало издание в 1726 году перевода рукописи хивинского историка XVII века Абулгази-Бахадур-хана "Родословная тюрок" на французский язык с примечаниями пленных шведских офицеров, находившихся тогда в Сибири. Последние под сильным впечатлением внезапного исчезновения воинственных и непокорных киргизов с Енисея и переселения их в Джунгарию интерпретировали некоторые положения книги Абулгази об Огуз-хане и других мифических прародителях тюркских народов как свидетельства о происхождении казахов от енисейских киргизов.
К концу XVIII века гипотеза бывших военнопленных о енисейских киргизах как предках казахов стала господствующей в русской и европейской научной литературе о казахском народе. Отсюда термины "киргиз", "киргиз-казак" или "киргиз-кайсак" надолго вошли в этнографический лексикон русских и европейских чиновников и исследователей Казахстана.
Нас