Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.
Яндекс цитирования
Подпишись на новости от tarikh.kz

Подписаться письмом

Восставшая степь

Колониальный период в истории Казахстана и Средней Азии заполнен национально-освободительными движениями и вооруженными восстаниями народных масс. Исследователи насчитали около 300 подобных выступлений казахов против русского колониализма. Наиболее значительным из них явилось восстание 1916 года, охватившее многие районы Казахстана.

Оно вспыхнуло не изолированно, а в тесной связи с национальными движениями киргизов, узбеков, уйгуров, дунган. В этом заключена особенность народного восстания 1916 года. Совместная борьба народов Средней Азии и Казахстана против политики и практики русского царизма сыграла огромное значение в истории, ускорив падение самой жестокой в мире колониальной империи.

Причины восстания коренятся в произволе колонизаторов, непомерных притеснениях ими народа, материальном и духовном обнищании масс. Хотя это неизбежные спутники колониализма, особенно усилились они в начале ХХ века. Народы Средней Азии и Казахстана переживали такие же страдания, которые выпали тогда на долю индийцев, вьетнамцев, индонезийцев, арабов и африканцев. Европейские колонизаторы везде проводили политику террора и беспощадного подавления идей свободы и независимости. В Казахстане колонизация сопровождалась насильственным захватом земель и сгоном шаруа в пустыни и каменистые пустоши. Царское правительство, объявив казахские земли государственной собственностью, лучшие из них распределило между русскими крестьянами - переселенцами и казачеством. За два столетия колонизации Казахстана Российская империя присвоила около 45 млн. десятин казахской земли, или 16% территории Казахстана.

Налоги, поборы, ненасытная жажда наживы военно-полицейских чиновников обрекали местные народы на полуголодное существование. Иностранный капитал, а это был в основном русский капитал, извлекал громадные прибыли из-за «ножниц» цен на товары. Непомерно дороги стали привозимые товары, а местная сельскохозяйственная продукция закупалась по низким ценам. Одну коробку шведских спичек обменивали на одну овцу. Под видом «добровольных пожертвований» фронту и реквизиции в Туркестанском крае были отобраны у населения 70 тыс. лошадей, 12 тыс. верблюдов, 1 млн. овец и коз, 13441 добротная юрта, 300 тыс. тонн мяса, 3 млн. пудов хлопкового масла. Сокращение посевных площадей, а следовательно, и урожая, вывоз хлеба в центральные районы России привели к резкому повышению цен на хлеб. Так, в 1915 году стоимость одного пуда зерна подскочила с 1 до 40 рублей. Налоги на коренное население возросли в 3-4 раза, в отдельных случаях - до 15 раз. Малейшая задержка в уплате, не говоря уже об отказе платить, вела к тому, что требуемые взносы «выколачивались плетьми». Народные массы были доведены до отчаяния.

Непосредственной причиной народного восстания явился царский указ от 25 июня 1916 года о мобилизации на тыловые работы в районы действующей армии сотен тысяч «инородцев» из коренного населения Казахстана, Сибири, Средней Азии и Кавказа.

На тыловые работы царской администрации предстояло мобилизовать по Сырдарьинской области 87 тыс. человек, по Семиреченской - 60 тыс., Уральской - 50 тыс., Акмолинской - 40 тыс., Тургайской - 60 тыс., Семипалатинской - 55 тыс. человек. В общей сложности из Туркестана и Казахстана должны были направить в прифронтовую полосу почти полумиллионную армию тыловых рабочих, из них почти 400 тыс. приходилось на районы нынешнего Казахстана.

Ретивые начальники на местах с помощью военной силы стремились во что бы то ни стало выполнить царский указ. В июле 1916 года в шифрованной телеграмме Тургайского губернатора Кустанайскому уездному начальнику предписывалось: «... силою заставьте исполнить Высочайшее повеление. Прошу действовать самым решительным образом, не стесняясь никакими средствами. Ваше воздействие должно послужить примером для всей области».

Это вызвало гнев коренного населения, породив стихийный протест против царизма, его империалистической захватнической войны, против социального и национального гнета. Во многих местах возмущение народных масс вылилось в открытые вооруженные выступления.

Волна народного гнева
Наиболее крупный размах вооруженное восстание в Казахстане имело в Семиреченской и Тургайской областях.

20 июля. Бестюбинская волость Кустанайского уезда. Отряд восставших, численностью 2000 человек, вооруженных пиками, дубинками и топорами, в течение целого дня на протяжении 30 верст преследовал полицейских стражников. Уничтожены списки призываемых.

23 июля. Верненский уезд. Казахи 5 волостей уезда оказали вооруженное сопротивление находившемуся там карательному отряду. Восставшие, в количестве 5000 человек, окружили станцию Самсы, расположенную на почтовом тракте Верный - Пишпек в 80 верстах от Верного. Наступление восставших на станцию началось в полдень. В тот же день станция Самсы была в руках восставших.

14 августа. Верный. Военный губернатор Фольбаум телеграфно затребовал: «Двинуть немедленно из Андижана еще 8 рот с артиллерией и конницей в Пржевальский уезд и из Ташкента вызвать не менее 8 рот с артиллерией на Верный для операции в стороне Жаркента и Пржевальска. Каркаринская ярмарка осаждена повстанцами. В боях участвовали более 5 тыс. человек».

Верный. Телеграмма Фольбаума начальникам карательных отрядов: «Считайте малейшие группировки казахов кучами уже за мятеж, подавляйте таковой, наводите на эти волости панику, при первом признаке волнений арестуйте хотя бы второстепенных главарей, передайте полевому суду и немедленно повесьте... Ну, поймайте кого-нибудь из подозреваемых и для примера повесьте».

Каркара. Повстанцы убили 24 казака из карательного отряда Кравченко. Губернатор Фольбаум в телеграмме Куропаткину пишет, что сообщения с Пржевальским нет уже неделю. Тем временем полицейские и кулаки Беловодска убили 517 человек арестованных. Оставшиеся после резни в живых на следующий день были отправлены в Пишкек. По дороге было убито еще 100 человек.

В конце августа восстанием были охвачены все волости Семиреченской области. Туркестанский военный округ был объявлен на военном положении. Вот тогда разрозненные стихийные выступления вылились в народно-освободительное восстание. Повстанцев вдохновлял на борьбу Токаш Бокин, а непосредственными вожаками джигитов были Бекбулат Ашекеев, Нука Сатыбеков, Байбосын Тамабаев, Узак Саурыков, Жаменке Мамбетов, Естай Жанабергенов, Айтык Алабергенов, Айдос Тунгатаров, Айкын Жолдербаев, Доскен Жамамурынов, Елкен Доскеев, Курман Бесбаев и другие. С каждым днем в их отряды вступали все новые и новые участники. Они боролись с большим мужеством и упорством. Хотя повстанцы были вооружены самодельными ружьями, а чаще всего ножами, топорами и дубинами, они смело отбивали атаки карателей. Их отряды стремительно врывались в байские аулы и угоняли принадлежавших богатеям лошадей; они захватывали почтово-телеграфные станции и полицейские участки, убивали ненавистных полицейских и волостных управителей. Действия повстанцев привели к прекращению телеграфной связи между Верным и Ташкентом. Разнообразные методы сопротивления применяли участники движения в волостях Семиречья. Отряды Узака Саурыкова, Нуки Сатыбекова, Айдоса Тунгатарова насчитывали уже многие тысячи джигитов. Такого потрясения местные власти еще не испытывали. Оно усугубилось тем, что верненская беднота отнеслась сочувственно к борьбе казахов. Такое же сочувствие проявляли и русские крестьяне Семиречья. Несмотря на начавшиеся аресты, они поддержали восставших чем могли.

Крупные столкновения повстанцев с царскими карателями произошли в урочище Асы, горной долине Каркара, в районе станции Самсы, в районах Кастека, Нарынкола, Чарына, Курама, в Садыр-Матайской волости Лепсинского района и в других местностях Семиречья.

Борьба носила крайне ожесточенный характер. С прибытием регулярных войск она приняла для восставших тяжелый оборот. Войска постепенно загоняли их в горы, где острый недостаток фуража и провианта вынудил их к сдаче в середине ноября 1916 года. Свыше 300 тыс. казахов перешли в Китай, где они были ограблены китайскими киргизами и казахами, проданы в рабство. Население Семиречья заплатило дорогой ценой за восстание, ибо невозможно представить точные цифры человеческих потерь. В частности, людские ресурсы Жаркентского уезда за период между началом Первой мировой войны и 1 января 1917 года уменьшилось до 73%, Лепсинска - до 47%, Верного - до 45%.

Потери были значительны. Десятки тысяч людей пали от рук карателей. На восставших в Семиреченской области была наложена огромная контрибуция (несколько десятков миллионов рублей). Приказом Туркестанского генерал-губернатора при всех карательных отрядах и во всех уездных городах были созданы военно-полевые суды. Начальникам гарнизонов карательных отрядов было предоставлено право предания полевому суду и исполнения приговоров полевых судов. Они же являлись председателями этих судов. На 1 января 1917 года 347 повстанцев были приговорены к расстрелу, 168 - к каторжным работам, 729 - к различным срокам тюремного заключения. Токаш Бокин, как идейный вдохновитель казахских повстанцев в Верненском уезде, был приговорен к заключению в одиночной тюремной камере, где и содержался до свержения царизма.

Тургайское восстание
В то время как в Семиречье повстанческое движение было жестоко подавлено, в Тургайской степи оно набирало силу и нарастало с каждым днем. Тургайское восстание, во главе которого стоял Амангельды Иманов, было самым упорным и длительным. «Тургайский сокол» - так с любовью называют в народе этого человека.

Амангельды Удербаевич Иманов родился в 1873 году в ауле №3, в местности Терис-Бутак бывшей Кайдаульской волости Тургайского уезда (ныне Амангельдинский район Кустанайской области). В молодости Аменгельды лишается отца и идет на работу к богачам-баям. Первые уроки политической грамоты Иманову дает прежде всего сама действительность: события революции 1905-1907 годов в России, усилившиеся в эти годы волнения и среди казахских трудящихся. По совету Иманова казахская беднота Кайдаульской волости в 1906 году отказалась от уплаты налогов в царскую казну. Амангельды организовал и возглавил выступления казахских трудящихся Каратургайской и Кайдаульской волостей против незаконных захватов баями сенокосных угодий. Когда же кайдаульский волостной управитель при помощи прибывших из уезда полицейских попытался арестовать вожака, бедняки дружно защитили его. В 1908 году Иманов организовал выступление казахов против царской администрации в Тургае, за что был арестован. К этому времени имя его приобретает широкую популярность в Тургайской степи.

Первая мировая война принесла народам окраин России тягчайшие страдания. Произвол и насилие царских чиновников неизмеримо увеличились. Баи, волостные управители безжалостно обирали трудящихся. Все это вызвало ненависть и озлобление к царскому правительству. Царский указ о мобилизации молодежи на тыловые работы был последней каплей, переполнившей чашу народного терпения. Организованные джигиты нападают на царских чиновников и полицейских, уничтожают списки подлежащих к мобилизации, убивают волостных управителей. На волостных съездах трудящиеся заявляют: «Не дадим ни одного человека на фронт или все ляжем костьми в степи. Не пойдем в солдаты, всех перебьем, если придет сам царь, и его убьем».

18 октября. Отряд восставших из 2500 человек атаковал в 70 верстах от Иргиза, вблизи озера Кызыл-Куль, посланный туда карательный отряд. Восставшие были вооружены секирами, кетменями и частично шашками и ружьями. После жаркого боя, продолжавшегося с перерывами почти целый день, восставшие вынудили карателей поспешно бежать в Иргиз.

Амангельды Иманов посылает в Кустанайский, Актюбинский, Иргизский, Атбасарский, Перовский уезды своих представителей с призывом объединиться для совместной борьбы. К этому времени в Тургайском уезде он создает крупный повстанческий отряд, в который вливаются все новые и новые силы. В соседних Иргизском и Атбасарском уездах тоже формируются отряды, основу которых составляют аульная беднота, рабочие-казахи шахт Караганды, Спасского завода, Успенского рудника, Карсакпая, Байконура, Джезказгана, Ташкентской железной дороги. Иманов наладил регулярную связь между отрядами, следил за вооружением повстанцев, обеспечением их лошадьми (в основном из байских табунов), намечал план боевых операций, подсказывал командирам, как надо действовать, поддерживал в них боевой дух. Его единодушно избирают главнокомандующим (сардарбеком) повстанческой армии. Штаб его обосновался в глубине Тургайской степи, в районе Батпаккары. Все отряды делились на тысячи, сотни и десятки во главе со своими командирами. В районах, контролировавшихся повстанцами, власть находилась в их руках. Огромную помощь в организации сил, в проведении широкой разъяснительной работы среди участников восстания оказывал главнокомандующему Алиби Джангильдин. Вдвоем они разрабатывали план боевых действий, подбирали и посылали в аулы агитаторов, разъясняли через них народу цели и задачи вооруженной борьбы с царизмом.

23 октября 1916 года А. Иманов стянул отряды к Тургаю и окружил его, а на другой день четырьмя колоннами повстанцы под его командованием пошли в наступление. Не сумев, однако, взять город, повстанцы начали его осаду. На помощь Тургаю царское правительство направило особый экспедиционный корпус под командованием генерала Лаврентьева. Получив известие о приближении корпуса, Иманов вынужден был снять 10-дневную осаду города и выступить навстречу карателям. В районе почтовой станции Тункойма повстанцы атаковали передовой отряд карателей, но под давлением основных сил карательного корпуса вынуждены были отойти в район Бетпаккары. Несмотря на неудачу под Тургаем, штурм его сыграл большую роль в развитии повстанческого движения. Он в глазах народа поколебал «всесильную» мощь царского правительства и окрылил трудящихся казахов. В то же время штурм города выявил и слабые стороны восстания - отсутствие достаточной организованности и дисциплины, военной выучки, плохое вооружение. Тем не менее силы повстанцев росли. Генерал Лаврентьев сообщил в одном из своих донесений: «Мятежники берут по одному аскеру (т.е. солдату. - Т.К.) с кибитки, что дает с каждого уезда 20000 бунтовщиков-аскеров. Действия мятежников носят характер партизанской войны». В середине февраля 1917 года каратели, при поддержке кулацко-байских отрядов, начали наступление на базу повстанцев в районе урочища Батпаккара. Но наступавшим не помогла даже артиллерия. Они не могли одолеть восставших. Иманов удачными действиями вывел основные силы своих отрядов из-под ударов карателей. Царские войска, узнав о свержении царя, вынуждены были вернуться в город Тургай, не сумев подавить один из самых мощных очагов национально-освободительного восстания 1916 года - Тургайский.

Восстание в целом в Казахстане к концу 1916 года потерпело поражение. Но в Тургайской области борьба под руководством Иманова продолжалась и в 1917 году слилась с февральской революцией.

С огромной радостью встретили повстанцы весть о свержении царизма, по праву видя в нем результаты и своей героической борьбы. В первые месяцы после революции казахские трудящиеся ждали, что Временное правительство освободит их от колониального гнета, даст национальную свободу. Но этого не произошло. Жизнь трудового народа не улучшилась. Напротив, еще более усилился произвол властей. Тысячи трудящихся казахов сгоняли с их земель и выселяли в пустынные районы. Баи, кулаки и местная администрация продолжали грабить народ, под флагом так называемого «возмещения убытков от восстания» забирали последнюю скотину, последний кусок хлеба.

Получив первые вести о победе Октябрьской революции в Петрограде, Иманов устроил торжественный народный той, на котором присутствовали представители трудящихся Актюбинска и Кустаная. Выступая, он поздравил всех собравшихся с победой революции, призвал свергнуть ненавистную власть Временного правительства. Участники праздника горячо поддержали батыра. Он тут же созвал руководителей отрядов и наметил план операции по овладению Тургаем. В конце декабря 1917 года операция завершилась победой. В городе установилась Советская власть. Амангельды развертывает кипучую деятельность по организации аульных и волостных Советов в уезде. Одновременно он формирует вооруженный отряд из молодых джигитов для защиты Советской власти.

Иманов в решающий период борьбы против Колчака всеми силами стремился соединиться с частями Красной Армии Актюбинского фронта. Он посылает по волостям специальных уполномоченных для сбора продовольствия и подвод и готовится в поход. Своим отрядам Иманов разъясняет необходимость соединения с частями Красной Армии для решающих боев против врагов, с тем чтобы ускорить завершение в стране гражданской войны.

Гибель Амангельды
В брошюре «Борцы за власть Советов в Казахстане» читаем: «Наймиты иностранных империалистов - алашординцы - всеми силами старались не дать возможности Амангельды Иманову соединиться с частями Красной Армии и, воспользовавшись тем, что верные батыру силы были отправлены в аул для подавления затеянного баями бунта, 19 апреля 1919 года захватили Амангельды с несколькими джигитами и заключили в тюрьму. Лишенные своего руководителя, советские работники были вынуждены скрыться. Когда 18 мая 1919 года неожиданно в город прибыл отряд кустанайских партизан, алашординцы оставили город, успев умертвить верного сына Коммунистической партии, любимого народного батыра Амангельды Иманова и его друга Л. Тарана» (Борцы за власть Советов в Казахстане. - Алма-Ата, 1961. - С. 25).

О гибели Амангельды Иманова дается краткая информация в книге «Борцы за Советскую власть в Казахстане»: «В первую очередь враги ставили своей задачей уничтожить Амангельды Иманова. Как стервятники, выжидали они удобный момент, чтобы расправиться с батыром, чье имя стало легендарным в народе... Воспользовавшись ослаблением гарнизона и численным превосходством своего отряда, изменой некоторых военных специалистов, пособничеством предателей, алашординцы совершили контрреволюционный переворот, разоружили охрану, арестовали Амангельды и 18 мая убили его. Так погиб замечательный сын казахского народа, верный солдат революции Амангельды Иманов» (Борцы за Советскую власть в Казахстане. - Алма-Ата, 1982. - С. 125).

До сих пор во всех источниках причастным к убийству А. Иманова считался М. Дулатов. Здесь выдвигается новая, как мне кажется, более объективная версия, - пишет писатель Д. Досжанов в газете «Ленинская смена» (1990, №106, 5 июня).

Первый допрос Дулатова в Кзыл-Ординской тюрьме 28.12.1928 г.
… Это было ранней весной 1919 года. Военным комиссаром тогда был Иманов Амангельды. Однажды до нас дошли сведения, что Иманов собирается нас арестовать. Получив эти сведения, в тот же день мы арестовали Иманова и находящегося в его квартире неизвестного человека, сами же выехали навстречу якобы идущему в Тургай отряду; слухи оправдались, это оказался партизанский отряд Тарана, а незнакомый человек, находившийся у Иманова, - сам Таран. С отрядом мы встретились в 30 верстах от Тургая без всякого столкновения. От них мы узнали, что их преследует казачий полк.

Мы, алашординцы, обсуждали вопрос о том, как поступить с этим отрядом: если пропустить его в Тургай, то отряд этот скорее поверит Иманову, нежели нам, и Иманов исполнит свой замысел, это одно. С другой стороны - если пропустить его в сторону Челкара без боя, то преследовавший его казачий полк непременно разорит местное население и в первую очередь отомстит нам. Принимая все это во внимание, мы решили обезоружить отряд, а людей отпустить. Так и сделали. И все свои действия тогда же объяснили людям из отряда. Когда вернулись на другой день вечером в Тургай, оказалось, что оставшаяся часть в Тургае в суматохе убила Иманова и Тарана…

Протокол допроса М. Дулатова от 3.08.1929 г.
Второй раз писателя допросили в Москве, в Бутырской тюрьме. На этот раз следователи показали ему текст телеграммы с грифом «Совершенно секретно»:

«Из доклада Тургайского отдела Алаш-Орды Председателю Совета Министров (Колчаку) 11 июля. «23 апреля был разоружен весь отряд Тарана, в котором насчитывалось 337 человек. Причем в отряде арестованы все главари с Тараном во главе человек 30, и все расстреляны. После разоружения отряда Тарана погнали в Атбасар, по пути весь отряд уничтожен».

Вопрос: «Что вы скажете по этому поводу?»

Ответ: «Все это было в 19-м году, и в памяти у меня не могло все сохраниться. От моральной ответственности за гибель Иманова, Тарана я, конечно, не могу уйти. Наш отряд разделился на две части. С одной частью я ушел из Тургая, и когда мы вернулись, то их уже не было».

В восстании 1916 года семиреченских и тургайских казахов до конца еще не ясна роль алашординских руководителей А. Бокейханова, М. Дулатова, М. Тынышпаева и других. В 1936-1937 годах они были уничтожены НКВД, и одно из обвинений, предъявленных им большевиками, было то, что они якобы были не на стороне восставших, а, наоборот, противниками повстанцев, и были необоснованно обвинены в смерти А. Иманова.

И все-таки почему значительная часть национальной интеллигенции не влилась в ряды повстанческого движения?

Во-первых, она четко и ясно понимала, что безоружный, не обученный военному искусству казахский народ не в состоянии был противостоять регулярной, вооруженной до зубов первоклассной царской армии.

Во-вторых, определенная часть из них убежденно полагала, что в час опасности, нависшей над Российским государством, частью которого является Казахский край, казахи не вправе стоять в стороне от борьбы против германского империализма.

Более чем красноречиво звучит обращение признанных лидеров казахской национальной интеллигенции «К гражданам «Алаш»,опубликованное в газете «Казах» 11 августа 1916 года. В этом обращении А. Букейханов, А. Байтурсынов, М. Дулатов писали:

«...С уверенностью на нас в защите отечества объявлен приказ о призыве на работу... Мы не можем оставаться в стороне, отгородиться от остальных.

Отечественники - русский народ, единоверцы мусульмане, татарский народ, а также другие соседние народы горят в пламени пожара. Нам нельзя оставаться в стороне.

Отказываться от приказа власти, подданными которой мы являемся, и сидеть дома, защищая себя, не вступая в защиту государства, это будет на пользу врагу. Власть нам этого не простит, она на законных основаниях применит репрессивные меры. ...За медлительность в даче согласия и сопротивление приказу в Туркестанском крае объявлено военное положение...

...Мир в таком положении не останется, кончится и война. Тогда и будут оценивать службу каждого... Если мы претендуем на равноправие, то «что посеешь, то и пожнешь».

Даже те из представителей национальной интеллигенции, которые ратовали за проведение призыва казахов на тыловые работы, поднимали свой голос протеста против зверства царских карательных отрядов над восставшими казахскими волостями, обращались с письмами в адрес царской администрации, Государственной Думы, чтобы прекратить физическое истребление безоружного народа, улучшить жизненные условия джигитов, направленных на тыловые работы.

Восстание охватило весь Казахстан и переросло в национально-освободительное движение, направленное против военно-колонизаторской и широкомасштабной русификаторской политики царизма, а также против феодально-байской верхушки аула. Вместе с тем выступление было обращено против империалистической войны, приведшей к кризису народного хозяйства и крайней степени обнищания народа. В этом оно смыкалось с революционной борьбой рабочего класса и крестьянства России. Восстание в какой-то мере подводило итог всей предшествующей борьбе казахского народа за свободу и независимость.

Автор: Тлеу КУЛЬБАЕВ, доктор исторических наук, профессор, академик Академии гуманитарных наук РК, лауреат премии Союза журналистов РК